Новая книга

https://targiski.wordpress.com/2019/05/22/%d0%bd%d0%be%d0%b2%d0%b0%d1%8f-%d0%ba%d0%bd%d0%b8%d0%b3%d0%b0/

http://targiski.wordpress.com/?p=17068

Закрывается на петли и навесной замочек с ключом, делалось на заказ.
300 листов, закладки, формат А4, натуральная кожа.

Посмотреть другие книги (и даже заказать, возможно) можно тут: http://targiski.livemaster.ru

#книгитеней #гримуар #книгиручнойработы

SONY DSC

Записи раскладов

https://targiski.wordpress.com/2019/05/19/%d0%b7%d0%b0%d0%bf%d0%b8%d1%81%d0%b8-%d1%80%d0%b0%d1%81%d0%ba%d0%bb%d0%b0%d0%b4%d0%be%d0%b2/

http://targiski.wordpress.com/?p=17066


Когда я с картами только начинала (ох, и давно это было), я читала все подряд, и в этом «всем подряд» говорилось, что нужно завести себе тетрадку и записывать все расклады. Ну, я записывала, только было непонятно, зачем: оно не помогало.



 



Записывать расклады, чтобы к ним возвращаться и уточнять, что там, в будущем, пророчилось, есть смысл, когда ты научился с этим обращаться. Потому что ты видишь, что частично оно уже сбылось, а что к этому прилагалось, не очень помнишь — вот тут очень пригождаются записи раскладов. Особенно, если ты гадал на результат чего-нибудь спустя несколько лет, а память подводит, а сейчас как раз хорошо бы уточнить.



 



В самом же начале, когда в голове шаром покати и единственная задача — вообще чего-то понять и увидеть, записи, ИМХО, только сбивают. Пока оно в целое, в систему не сложится, хоть обзаписывайся.




А вообще

https://targiski.wordpress.com/2019/05/15/%d0%b0-%d0%b2%d0%be%d0%be%d0%b1%d1%89%d0%b5/

http://targiski.wordpress.com/?p=17061

пока читаешь тексты антиведовских допросов и процессов в какой-нибудь Германии, с их безысходностью и обреченностью («можем пытать, а можем пытать»), как никогда понимаешь, насколько в твоей жизни все хо-ро-шо!

Еще немного про прошлые жизни

https://targiski.wordpress.com/2019/05/15/%d0%b5%d1%89%d0%b5-%d0%bd%d0%b5%d0%bc%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be%d1%88%d0%bb%d1%8b%d0%b5-%d0%b6%d0%b8%d0%b7%d0%bd%d0%b8/

http://targiski.wordpress.com/?p=17057

Вот к этому https://www.facebook.com/targiski/posts/2230317003716577

Читаю Горелова «Бич и молот: охота на ведьм в XVI-XVIII веках». У Игиной исторические данные, и за ними живые люди угадываются, но не так близко, как у Горелова. Кроме того, в старой доброй Англии, про которую пишет Игина, были жертвы охоты на ведьм, но такого террора, как на континенте, не было. Там и начали позже, и умереннее все это происходило (хотя и там  «охотнику на ведьм» Мэтьюсу удалось за год отправить на казнь несколько сотен человек, то есть в день по несколько человек), прежде чем он странным образом исчез.

У Горелова описывается не только Англия, но и континентальная Европа, где размах можно себе представить по приводимым числам и историям из разных городов (например, когда за некоторый период времени население города уменьшилось вполовину) и по подробным текстам допросов (потому что по тексту очевидно, что пытают совершенно случайного человека – и есть все основания полагать, что и пытавшим это было очевидно). Из описаний допросов и становится понятно,  откуда такие бредовые рассказы про домашних духов, имена, шабаши и так далее (детали выдумывались на ходу совершенно случайные, потому что пытавшим нужны были детали; жертвы их брали буквально с потолка).

Это я все к тому разговору про «связь палача и жертвы, которая непременно приведет к встрече в следующей жизни» (и даже романтическим отношениям, где они будут решать тот давний конфликт!) и про «идеологическое противостояние». В этих историях нет идеологических противостояний палача и жертвы, теологических диспутов «я такая вся ведьма, и он смущен силой моей веры». Точнее, силой своих убеждений, возможно, жертвы периодически смущали преследователей (многим, судя по текстам, вообще нужно бы поставить памятник за мужество), но они к оккультизму не относились вообще никак, это были случайные люди (или, наоборот, прицельно выбранные люди, у которых хотели что-то отобрать).

В этих историях преследователями вообще нередко выступали коррумпированные власть предержащие люди, сбившиеся во что-то типа банды Цапков, только в условиях тех времен: благодаря большой власти они могли творить в отведенном им городе почти все (власть была настолько велика, что в одном случае король сказал «вы охуели, немедленно перестаньте», но его никто не послушал). Имущество жертв конфискуется. Поэтому власти (несколько человек) быстренько отправляют всех на костер, имущество прибирают к рукам. Нет, они ни во что не верят на самом деле, они прекрасно знают, что их жертвы невиновны, их просто пытают (очень сильно) до момента, пока те не признаются в чем-нибудь. Не признавались единицы, хотя некоторые держались реально долго.

Это не «особая эмоциональная романтическая связь», для пытавшего каждая жертва вообще была одна из череды, много их было.

В одном из случаев, кстати, потом и палача тем же макаром замочили: судя по всему, «он слишком много знал».

И снова – ни одна жертва не была ведьмой, ни один не был колдуном. Это были обычные люди, прихожане церкви, из разных слоев общества (в случаях, когда их имущество отбирали, — зажиточные и влиятельные в том числе), но ни один не рвался в «оккультные науки»! Это было просто месиво, в которое бросали одного человека за другим, иногда семьями, потому что с этого можно было поиметь профит: имущество, продвижение по службе, удовлетворение личных амбиций и поглаживание личных отъездов кукушечки. Это не было идеологическое противостояние двух сильных: умного, уже сомневающегося в своей позиции, инквизитора с одной стороны и крутой и сильной духом ведьмы с другой. Сравнить можно с рейдерскими захватами, бандами, терроризирующими мирное население, с серийными убийцами (полагаю, среди печально прославившихся преследователей, выкашивающих мирное население, были такие: потому что это была легальная возможность воплотить все свои фантазии от раздевания жертвы до казни — и в большом количестве).

Ну и противостояли этому, надо сказать, зачастую церковники же – но не везде им это удавалось, в той же Германии возразивших в терроризируемых городах священников тут же утилизировали таким же образом (потому что типа нечего мешаться на дороге, когда идет раздел имущества теми, кто посильнее).

Я не очень себе представляю романтическую зацепку между бандюком, спокойно убившим под благовидным предлогом всю семью, и одним из членов этой семьи.

Если говорить о сексуальном притяжении, то были и такие, конечно. Но снова – это нужно предполагать зацепку между серийным убийцей и жертвой, которая просто подвернулась ему под руку.

В случаях, когда преследователями двигал еще и религиозный фанатизм, это тоже не идеологическое противостояние. Жертвы вообще ничего против «руководящей роли партии» не имели, никакой нью-эйдж не продвигали, с кристаллами по лесу не бегали (хотя некоторые читали молитвы от болезней). Обычно их имена просто называли, потому что нужно было кого-то назвать, или на кого они показывали на улице (потому что нужно было на кого-то показать). Это было абсолютно случайное попадание. В случаях, когда человек пытался не подставлять никого в своей беде и называл умерших, его просто пытали дальше, пока он не ломался, вот и все. Они не были идеологическими противниками церкви, носителями тайных древних учений и т.д. Некоторые типа Айсобел Холбен, возможно, пытались что-то ворожить: рассказываемое содержит какие-то узнаваемые паттерны вполне осознанных практик типа омывания больного водой с выплескиванием затем этой воды вместе со старой одеждой. Но это в их рассказах (судя по тексту, честных) перемежается  с таким же искренним и честным бредом, что понимаешь: человек вообще не дружил с кукушкой (таких и сейчас полно, очень узнаваемый типаж). В остальных же случаях подробности – в частности, ужасных шабашей —  придумывали на ходу в деталях, потому что нужно было назвать детали, чтобы хотя бы на некоторое время перестало быть очень больно.

Романтическая связь идеологических противников? Ну хм.

Идеологическими противниками были, скорее, те же представители духовенства (некоторые поплатились за это головой, но не потому, что они были «за оккультизм», а потому что они мешались на пути чужих амбиций и их просто ликвидировали). Люди же, выискивавшие ведьм, очень часто (как мне кажется) не верили ни во что, они просто умело пользовались ситуацией. Которая и началась-то с политики, когда продавливание фобии и антиведовских законов было выгодно для удержания власти.

Нет там того субстрата, чтоб «о, мы влюбились друг в друга, и тут оказалось, что он инквизитором был, а я ведьмой».

Про наценки и «наглых торгашей»

https://targiski.wordpress.com/2019/05/10/%d0%bf%d1%80%d0%be-%d0%bd%d0%b0%d1%86%d0%b5%d0%bd%d0%ba%d0%b8-%d0%b8-%d0%bd%d0%b0%d0%b3%d0%bb%d1%8b%d1%85-%d1%82%d0%be%d1%80%d0%b3%d0%b0%d1%88%d0%b5%d0%b9/

http://targiski.wordpress.com/?p=17055

В ВК в дружественном блоге обсудили дизайнеров и их отношения с клиентами (и почему все так дорого), а комментирующие затронули отношения авторов с издательствами и магазинами. Мол, цена на книги в магазинах обидная, потому что автору с этого мало перепадает, а цена большая. Мол, издательство делает свою большую наценку, потом магазин свою еще больше, и книга стоит, скажем, 900 рублей, а автор получает роялти только с оптовой цены издательства, по которой оно книгу в магазины отпускает.

Я не зарабатываю писательством, поэтому в каком-то смысле мимокрокодил. И в целом что издательства часто обесценивают работу корректоров и редакторов, в курсе. И что некоторые вообще часто на этом экономят, в переводчики берут абы кого, налоги не платят, а некоторые вообще авторские гонорары не перечисляют, знаю. И что неплохо бы из наценок, которые делают большие издательства и крупные магазины, чуть меньшую часть оставлять владельцам, а чуть большую – тем специалистам, которую книгу делают (и не считать редактора с корректором проходными должностями), я согласна.

Но с другой стороны, скажу за магазин. Да, он делает наценку, потому что он вложился в бренд, известную многим людям точку, через него проходит толпа народа, он на слуху. Он должен платить зарплату, налоги и аренду (а кто интересовался, сколько стоит аренда в удобных местах – и даже в неудобных! – тот понимает, что это до фига).

То есть магазин тоже себя не на помойке нашел, и он, по сути, дает возможность какому-то автору продаваться. Магазин делится с автором результатами своей работы: вот тебя никто не знал, а прошло за день сто человек, кто-то из них твою книгу купил, другу посоветовал. Но это ж еще сделать надо было, чтобы мимо этой полки прошло сто человек в день. Магазин — частное заведение, которое хочет иметь прибыль. Кроме того, принимая на реализацию какой-то товар, он рискует его не продать – как минимум, эта книга будет занимать у него место.

При этом авторов, безосновательно считающих, что их книга непременно выстрелит и будет бестселлером, тоже немало.

Издательство, опять же, вкладываясь в издание книги, рискует. Оно платит за дополнительные работы – ведь помимо автора над книгой должны поработать многие люди, — и оно платит за это до того, как издание книги окупится.

Поэтому подход «я автор, хочу, чтобы мою книгу покупали; магазин обязан предоставить мне удобные способы размещения у него» — такой же странный подход. Хочешь, чтобы тебя продавали на твоих условиях? Ну, открывай свой магазин, пиарь его, в рекламу вложись, в вывеску, выдержи инспекции, попихайся локтями с теми, кто претендует на лакомое место магазина у метро, вложись еще – в аренду, в зарплату, снова в рекламу и т.д.
Человек, который держит площадку, имеет право диктовать условия продажи на этой площадке, я считаю.
Сейчас у автора есть возможность публиковаться самому, за свой счет, купить ISBN, зафигачить книгу в магазины (конечно, еще нужно, чтобы магазин захотел принять твой Великий Роман, но это возможно). Или продавать самому через интернет. Можно сверстать pdf-файл и продавать его.

Можно возразить: мол, пятьдесят оттенков-то – муть полнейшая, но это продают! Да, и издательство, и магазин ориентируются на рынок. Они продают то, что вероятнее всего окупится, на что будет больше покупателей, потому что они не филантропы. И какая-нибудь узкоспецифическая литература для профессионалов будет стоить много именно потому, что она нужна очень немногим и выше риск, что ее не купят, а популярное, востребованное будет улетать, как горячие пирожки. Если оно улетает, как горячие пирожки, ценность автора возрастает. Пятьдесят оттенков серого улетали, как пирожки, ну так уж устроен мир. Цицерона в таком количестве никогда продать нельзя было.

Короче, я с одной стороны за ценность работы над контентом и за то, чтобы труд профессионалов ценился.
С другой, — держатель площадки вложился в эту площадку, раскрутил ее и имеет полное право заламывать цены на своей территории, как ему вздумается. И совершенно не обязан учитывать при этом желания автора издаться и продаться: цену устанавливает тот, от кого зависят продажи.